News

Бумага все стерпит

Опубликовано: 15/12/1999

Автор: Йон Гаусло

Судебное заседание по делу Никитина приближается к концу, и Городской суд все еще должен определиться в том, как использовать показания свидетелей, не присутствовавших на суде. Однако этот вопрос уже решен Европейской Конвенцией по правам человека.

Комментарий:

В течение четырех недель в судебном заседании были выслушаны восемь свидетелей, в то время как оставшиеся двадцать человек из списка свидетелей так и не были вызваны в суд. Это не удивительно, так как большинство этих свидетелей не могут прояснить дело.

Суд обсудит показания отсутствующих свидетелей
Однако один свидетель ранее дал существенные показания для дела. Его звали Владимир Стефанович Артеменков, и именно он предоставил Никитину доступ в библиотеку Военно-Морской Академии им. Кузнецова, где, согласно обвинительному заключению, Никитин переписал секретные сведения, которые впоследствии были опубликованы в докладе «Беллуны». Таким образом, Артеменков мог бы быть важным свидетелем, но он скончался 23 декабря 1997 года.

Судья Голец сообщил, что 16 декабря будет обсуждаться вопрос применения в суде показаний Артеменкова.

Интересно, что судья намерен выслушать мнение сторон по этому вопросу, хотя это и не должно быть проблемой для суда, так как она была решена 5 мая 1998 года после ратификации Россией Европейской Конвенции по правам человека. Согласно статьи 15 части 3 Конституции РФ после этой даты Конвенция стала составной частью российской правовой системы. Более того, если Конвенцией установлены иные правила, чем предусмотренные внутренним законом, то применяются правила Конвенции.

Как будет показано ниже Европейская Конвенция запрещает вынесение обвинительного приговора на основе показаний свидетелей, которых защита не может допросить в суде. Как говорится «документ не краснеет». По этой причине возможность подвергнуть сомнению показания свидетелей против обвиняемого является основной частью права на справедливый суд согласно статье 6 Конвенции.

Право допроса свидетелей согласно Европейской Конвенции
Статья 6 (3) (d) гласит, что у обвиняемого есть право «допрашивать показывающих против него свидетелей или иметь право на то, чтобы эти свидетели были допрошены». Европейский Суд интерпретировал это положение в свете основных принципов права на справедливый суд, обозначенного в статье 6 (1), и постановил, что право обвиняемого на допрос главных свидетелей в той или иной мере неограниченно. Это следует, к примеру, из решений по делу Унтерпертингер против Австрии (А/110, 24 ноября 1986 года), Дельта против Франции (А/191 А, 19 декабря 1990 года), Сауди против Франции (А-261-С, 20 сентября 1993 года) и Ван Мечелен и др. против Нидерландов (доклад 1997/III, 23 апреля 1997 года).

Эти дела, как и большинство других дел по статье 6 (3) (d), которыми занимался Европейский Суд в Страсбурге, были связаны с участием анонимных свидетелей или свидетелей, которым согласно внутреннему законодательству разрешалось не появляться в суде. Однако ясно, что прецедентное право Конвенции развило следующие принципы общего плана:

  • Статья 6 (3) (d) не устанавливает общий запрет против чтения показаний свидетеля, который по той или иной причине не может присутствовать в суде.
  • Чтение и дальнейшее судебное использование таких показаний, однако, должно происходить с соблюдением прав обвиняемого. Решающий вопрос – удовлетворяет ли суд в целом требованиям «справедливого суда».
  • Если свидетель считается не важным для определения виновности обвиняемого, и он также будет не важен и для общего исхода суда, то показания такого свидетеля органам следствия могут быть зачитаны в суде без его присутствия. Из-за ограниченной важности таких показаний это не будет составлять нарушения основного права обвиняемого на справедливый суд. .
  • С другой стороны если такой свидетель является главным свидетелем или свидетелем, показания которого имели важность для суда в определении виновности или невиновности, то у обвиняемого нет никаких ограничений для допроса такого свидетеля.

Европейскому Суду еще предстоит исследовать дело, где было невозможно для обвинения вызвать свидетеля в суд, потому что, к примеру, свидетель находится заграницей или его нет в живых. Однако если на основе показаний таких свидетелей выносится обвинительный приговор, то практика Европейского Суда оставляет мало сомнений, что при рассмотрении такого дела не будут обнаружены нарушения статей 6 (1) и 6 (3) (d), если такое дело будет рассматриваться.

Артеменков меняет показания
Артеменков был главным свидетелем по делу. Он был единственным, кто мог пролить свет на эпизод с библиотекой Академии им. Кузнецова, который является фактической основой обвинения против Никитина в государственной измене в форме шпионажа. Таким образом, если Никитину будет вынесен обвинительный приговор, то фактической основой для такого приговора будут составлять, по большей части, показания Артеменкова по этому эпизоду. Это будет являться нарушением статей 6 (1) и 6 (3) (d) Европейской Конвенции, а также статьи 15 (4) Конституции РФ.

Даже если согласно выше сказанному объяснения Артеменкова должны быть исключены из дела как свидетельские показания, его утверждения все еще нуждаются во внимательном изучении. При изучении материалов его допросов стало ясно, что он внезапно изменил свои показания не в пользу Никитина. Артеменков обвинялся вместе с Никитиным. В тот же день, когда Артеменков изменил свои показания (25 сентября 1996 года), ФСБ изменила обвинение против него, использовав статью УК с более мягким наказанием.

Следовательно, показания Артеменкова от 25 сентября 1996 года вызывают мало доверия. Он имел явную выгоду в изменении своих предыдущих показаний, которые были в пользу Никитина. «Награда» за изменение показаний стала объектом детального рассуждения в разделе 4 «Допросы Артеменкова».