News

Зеленый полигон?

Publish date: 25/10/2005

Written by: Светлана Александрина

На полигоне промышленных отходов ОАО «ГАЗ» в Нижегородской области прошла акция по озеленению территории. Было высажено около ста пятидесяти фруктовых, лиственных и хвойных деревьев. На полигоне разбиты клумбы, высажены кустарники. Но стал ли он безопаснее для жителей близлежащих поселков?

Главный эколог ОАО «ГАЗ» Сергей Цымбалов придает большое значение проведению акции по озеленению полигона.

— Здесь работают люди, и наша задача — сделать так, чтобы они приходили на работу с удовольствием, — говорит он. – Свалка может и не быть неприятным местом. Я уверен, что если правильно ухаживать за деревьями, они и приживутся, и вырастут.

— Но можно ли будет есть эти фрукты?

— Когда они появятся, года через два, мы отвезем их на анализ в санэпиднадзор. Можно – будем собирать, если нет – будем знать, что нельзя. Главное назначение деревьев – эстетическое, весной тут все цвести будет.

— Вы на сто процентов уверены в безопасности полигона?

— Абсолютно уверен!

— А если теракт?

— Даже при взрыве ничего не будет. Внутри бункеры покрыты изоляционным материалом — акватроном, который используется в Западной Европе. Он предназначен специально для защиты от воздействия агрессивных веществ. Карта для отходов четвертого класса опасности оборудована гидроизоляцией, в состав которой входит битум, песок, гравий. Попадание влаги в почву исключено. Кроме того, слои отходов будут засыпаться слоями горелой земли.

— Сергей Дмитриевич, вы говорите, что срок службы бункеров — двадцать пять лет. А что потом?

— Это по вместимости, за такое время они будут заполнены. Железобетон не разрушается, он со временем становится только крепче.

— Значит, это — навсегда? Через двадцать пять лет вы просто поставите рядом еще несколько таких бункеров?

— Да. Но самое главное достоинство наших конструкций — то, что оттуда можно будет извлекать отходы. Наука не стоит на месте, появляются новые технологии переработки. Гальваношламы, отходы лако-красочного производства в перспективе могут перерабатываться. Нефтесодержащие материалы, если содержат тридцать-сорок процентов нефти, — это уже товар.

— Вы собираетесь принимать отходы и с других предприятий области. Эта идея была заложена в первоначальный проект или появилась позже? Понадобятся ли дополнительные согласования для этого, будут ли проводиться общественные слушания?

— В этом нет необходимости, потому что отходы будут точно такие же, по списку разрешенных к хранению на данном полигоне веществ. Хранение самых опасных — первого-второго класса — здесь не предусмотрено.

— А на каком расстоянии от полигона расположены ближайшие поселки?

—Не ближе двух километров.

— По закону этого достаточно для такого объекта?

— Вокруг него должна быть санитарно-защитная зона радиусом в один километр. У нас это условие соблюдается.

За разработку проекта полигона в феврале 2005 года ОАО «ГАЗ» получил Золотую медаль и специальный приз экспертного совета на Пятом Московском международном салоне инноваций и инвестиций. В июне за выполненные по проекту работы ОАО «ГАЗ» стал лауреатом национальной экологической премии «ЭкоМир».

 

У жителей восточной промзоны Дзержинска свой взгляд на происходящее. Цветущий сад на территории полигона захоронения опасных промышленных отходов, который 26 лет эксплуатировался с нарушениями технологии, в нескольких сотнях метров от ядовитого полигона ТБО? Смело! Неужели СанПиНы разрешают устраивать фруктовые сады в санитарно-защитных зонах (СЗЗ) свалок?

Жители поселков уже сейчас озабочены. Ведь если фрукты созреют, то их не уберечь от вездесущих мальчишек…

С другой стороны, идея посадить деревья очень хороша. Надо же все-таки хоть немного компенсировать нанесенный природе ущерб от незаконной вырубки лесов первой категории. Только вот почему так мало? Все-таки полигон занимает 47 га (официально, а жители говорят, что вдвое больше), а на одном га размещается примерно 1000 взрослых деревьев (если считать по 10 кв. м. на одно дерево). Так что должок Цымбалова природе — не 150, а примерно 50 тысяч деревьев.

Сажайте уж больше, господа! Тогда через 50 лет, может быть, восстановится погубленный вами лес, выполнявший санитарную роль в черте «самого грязного из небольших городов мира» — Дзержинска. У вас силы и возможностей побольше, чем, например, у учеников Горбатовской средней школы №16, которые высаживают зеленые насаждения — и, заметьте, без трескотни, табличек, корреспондентов, высоких покровителей. Вырубали втихую, технологии нарушали тоже втихую, а вот несчастные 150 деревьев посадили с музыкой на весь мир!

«Модернизированный полигон промышленных отходов был пущен в эксплуатацию 28 июля 2005 года. Он предназначен для захоронения отходов третьего класса опасности, для чего оборудованы четыре железобетонные емкости вместимостью две тысячи кубометров каждая; имеется также площадка (карта) площадью пятьдесят на сто метров с гидроизоляцией днища для отходов четвертого класса опасности. Мощность полигона — до 130 тысяч тонн в год», — сообщает пресс-служба ГАЗа.

По их же данным, на это дело потрачено 50 млн. руб., а общая стоимость модернизации полигона свыше 400 млн. руб. Попробуем посчитать: четыре железобетонные емкости по 2 тыс. куб.м. составят 8 тыс. куб.м. или тонн. Карта 50 на 100 метров имеет площадь 5 тыс. кв.м., при высоте тела закладываемых отходов, например, в 5 м. составит 25 тыс. куб.м. или примерно около 40 тыс. тонн. Получается, что вся емкость первой очереди полигона не более 50 тыс. тонн. Откуда же мощность в 130 тыс. тонн в год? Ведь созданные сооружения будут заполнены всего за один семестр. Неужели все предъявленное комиссии и высокопоставленным экскурсантам хозяйство построено для отвода глаз, а реальные объемы как принимали, так и будут принимать в открытые шламонакопители, выбрасывать на открытую землю? Надо бы прояснить эту арифметику…

«Главное назначение деревьев — эстетическое!» — жизнерадостно заявляет Цымбалов. Рябина, боярышник или калина не менее красивы в цвету, чем яблони или крыжовник. Их эстетический эффект даже больше — они живописны и весной, и летом, и осенью. По-видимому, нужен эффект другого рода — внедрить в сознание людей безумную мысль о безвредности полигона. Поэтому мы видим яблони, крыжовник и др. А если взять на анализы продукцию расположенных совсем рядом со свалкой садово-дачных участков? Или послать на анализ съедобную лесную продукцию с полигона (например, растущие там рябину, грибы)? Получили бы четкий и ясный ответ. Ответ, явно не выгодный пиарщикам полигона.

Эта акция логично вписывается во все многочисленные предыдущие под лозунгом «нужник ОАО «ГАЗ» самый крупный, самый красивый, самый орденоносный, самый лауреатный … » (и по злой иронии все это при полной поддержке официальных экологов, под дождь наград и почетных званий).

Ну, еще бы, ведь Цымбалов абсолютно уверен в безопасности полигона, ему даже взрыв не страшен! То есть, граждане должны поверить, что 30 сантиметров бетона выдержат любой взрыв? И открытые карты — тоже? И битум с песочком «абсолютно надежны»… Попадание влаги в почву тогда уж действительно исключено, «охотно верим». Слов нет…

«Но горелая земля — это тоже отходы?» — «Только абсолютно неопасные. На горелой земле трава растет» (из диалога с корреспондентом).

То есть, русскими словами: «Отходы 4 класса опасности полностью безопасны»… А трава, кстати, растет и в Чернобыле. И здорово, говорят, растет.

«Сергей Дмитриевич, вы говорите, что срок службы бункеров — двадцать пять лет. А что потом? — Это по вместимости, за такое время они будут заполнены. А вообще, железобетон не разрушается, он со временем становится только крепче» (еще цитата).

Увы, за этот срок будут заполнены все емкости, предусмотренные проектом, а не только возведенные в первой очереди модернизации четыре (мы же посчитали). В СМИ сообщалось, что проектом предусмотрено строительство 108 бункеров (газета «Нижегородские новости», от 19.10.2004 г., статья «Горбатовцы не хотят соседства со свалкой»). А через 25 лет будет уже следующая очередь…

Насчет же неразрушаемости железобетона эколог или лукавит, или не в курсе. Да, цемент набирает прочность в течение 80 лет (а потом все-таки начинает разрушаться). Но ведь бетон не только цемент. Это и ингредиенты, и пустоты, и микротрещины, и непромесы, и недостаток цемента в случае его воровства, и эрозия из-за перепадов температур. И еще много чего… Горьковская плотина уже требует ремонта. А там сплошной железобетон, там специально добивались супернадежности на многие годы. Заложенный в плотину цемент еще продолжает набирать прочность (80 лет не прошло), а уже надо ремонтировать.

Еще Сергей Дмитриевич уверяет, что нет необходимости в дополнительных согласованиях, чтобы принимать отходы и с других предприятий области. Но природоохранная прокуратура ответила нам другое: «В соответствии с п. 2.3. заключения, полигон спроектирован на захоронение неутилизируемых нетоксичных отходов только ОАО «ГАЗ». И еще: «…прием промышленных отходов г. Дзержинск на полигон ОАО «ГАЗ» возможен только после внесения соответствующих изменений в проектную документацию строительства полигона и получении положительного заключения государственной экологической экспертизы проекта, в которой вы вправе высказать свое мнение в рамках общественных слушаний». Об общественной экспертизе мы так ничего и не слышали.

И относительно СЗЗ полигона эколог «ГАЗа» тоже не совсем прав. Кроме поселков, есть еще садово-дачные участки, расположенные всего в нескольких сотнях метров от полигона. Они относятся к зонам массового отдыха граждан, садоводства и огородничества, где санитарные требования к окружающей среде выше, чем для жилых зон (концентрации вредных веществ не более 0,8 ПДК). По закону размер санитарно-защитной зоны действительно не менее 1 км. Однако законом же предусмотрено проведение расчетных оценок загрязнения окружающей среды. И размер СЗЗ устанавливается по изолинии при ПДК равном 1, то есть может быть больше километра. Поселки вокруг восточной промзоны находятся в СЗЗ и предприятий и свалок, потому что здесь ПДК постоянно больше единицы.

И гордиться, с точки зрения жителей нижегородских поселков, «ГАЗу» нечем…

More News

All news