News

Из пашни в лес

flickr.com/photos/malp007

Опубликовано: 11/12/2019

Автор: Ольга Подосенова

Минприроды подготовило законопроект, позволяющий переводить сельскохозяйственные земли, которые долгое время не используются по назначению, в лесной фонд. Вроде бы хорошая инициатива, но почему против нее активно выступают представители экосообщества?

Обратить внимание на бесхозные земли, площадь которых составляет около 10% всех лесов России, неоднократно призывали природоохранные общественные организации. Особую тревогу экологических активистов и экспертов вызывает то, что именно эти земли являются эпицентрами пожаров в российских регионах. Определиться с правовым статусом подобных территорий и подготовить соответствующие документы шесть лет назад поручал Владимир Путин.

Дмитрий Медведев в июле 2018 года поручил разработать «механизм упрощённого порядка перевода в земли лесного фонда покрытых лесной растительностью земель сельскохозяйственного назначения, дальнейшее использование которых для нужд сельского хозяйства нецелесообразно».

Связь между «неопределенным статусом» и пожарами на таких землях озвучивал и бывший глава Рослесхоза Иван Валентик: «Люди просто поджигают поля и создают критическую ситуацию для населения для того, чтобы органы Россельхознадзора не могли определить целевое назначение участков для решения вопросов изъятия в судебном порядке… А подтвердить целевое использование участка и принять решение об изъятии после того, как состоялся пожар, уже невозможно», – сокрушался Валентик на специальном заседании президентского Совета по правам человека в начале 2019 года.

Из всех этих заброшенных земель около 60 млн га – это земли, которые уже полностью заросли лесом (примерно половина), или те, что постепенно зарастают.

Нормативная база для перевода земель из одной категории в другую несколько лет находится в процессе формирования.

Согласно опубликованному Минприроды России проекту правительственного постановления об использовании, охране, защите и воспроизводстве лесов на землях сельхозназначения, эти земли, которые долгое время не используются по назначению, будут переводить в лесной фонд, и тогда на них можно будет выращивать лесные плантации.

«Мы исходим из целевого назначения земель сельскохозяйственного назначения – ведение сельскохозяйственного производства, – поэтому выращивание лесов, за исключением специальных защитных лесов (агролесомелиорация), не предусмотрено земельным законодательством. Для этого предназначены земли лесного фонда. Поэтому предлагается для ведения лесного хозяйства перевести заросшие невостребованные сельхозземли в лесной фонд», – говорится в сообщении Минприроды.

Планируется прописать и процедуру перевода заброшенных и зарастающих лесом земель сельхозназначения в земли лесного фонда. Затем на них, как предполагается, можно будет организовать полноценное лесное хозяйство и дать простор лесу. По оценке Минсельхоза, в период до 2024 года таким образом в сельскохозяйственное использование можно будет вернуть примерно 4,8 млн га таких земель.

Минприроды уточняет, что лесные плантации – это отдельный вид использования лесов, являющийся предпринимательской деятельностью. Участки под их выращивание предоставляют регионы, а выращивать леса будут предприниматели.

Пока же использовать такие леса документ допускает только до решения региональных чиновников о статусе – возвращении этих территорий в сельскохозяйственный оборот или о переводе в земли лесного фонда. Пока (и в новом документе Минприроды) на собственника сельхозземель, на которых растет лес, возложены дополнительные обязанности по его охране и защите от вредителей и пожаров. К примеру, для предупреждения возгораний собственник должен будет провести санитарно-оздоровительные мероприятия или обустроить противопожарные минерализованные полосы.

Постановление, которого так долго ждали экологи от Минприроды России, не оправдало их надежд. Некоторые даже назвали новый документ «саботажем» поручения президента. По мнению координатора лесной программы Всемирного Фонда дикой природы (WWF России) Константина Кобякова, документ позволяет существовать лесу «только временно». Представитель природоохранной организации сомневается, что смысл перевода таких земель в лесной фонд вообще есть: «Даже для лесного фонда недостаточно средств и сил, чтобы заниматься там воспроизводством лесов, а если добавить еще и эти земли, то будет еще хуже».

В ноябре нынешнего года Гринпис России, Всемирный Фонд дикой природы (WWF России) и Лесной попечительский совет (FSC) обозначили свою позицию по вопросу брошенных сельскохозяйственных земель и опубликовали открытое обращение к главе Правительства РФ Дмитрию Медведеву с просьбой внести в российское законодательство ряд изменений, позволяющих лесу официально расти на землях сельскохозяйственного назначения, а собственникам этих земель – полноценно вести лесное хозяйство, выращивать лес.

По мнению экспертов, представленный Минприроды проект допускает всего два варианта решения сложившейся на таких землях ситуации: или всё срубить, землю расчистить и вовлечь в сельскохозяйственное использование, или перевести в статус земель лесного фонда и хозяйствовать по утверждённым для них правилам. Экологи просят не вносить коррективы в нынешнем варианте, а обеспечить законодательную базу для ведения интенсивного лесного хозяйства на заброшенных сельскохозяйственных землях.

По имеющимся законам заброшенные земли и «самовольно» вырастающие на них леса никак не используются, потому что только за факт существования такого леса собственник земли может быть оштрафован на ощутимую сумму, а земля может быть изъята. Чтобы избежать штрафов и «экспроприации», как уже говорилось, собственники часто просто сжигают такие леса.

Новый документ Минприроды, по мнению представителей природоохранных организаций, эту проблему не решает – он позволяет собственникам эксплуатировать леса только до решения о возврате земли в сельхозоборот, либо переводе в лесной фонд. Но он не позволяет выращивать лес для собственных нужд и реализации в коммерческих целях, а лишь налагает на собственников дополнительные обязательства.

Юристы объясняют: ясного правового статуса у этих лесов нет, возможность на законных основаниях вести в них продуктивное лесное хозяйство отсутствует, а охрана от пожаров, вредителей, болезней и лесонарушений законодательством не предусматривается.

Еще один казус – сейчас чтобы перевести эти земли в земли лесного фонда, их нужно будет отобрать у нынешних собственников, потому что Лесной кодекс РФ однозначно говорит, что земли лесного фонда могут принадлежать только Российской Федерации. Эксперты подсчитали: если менять статус земель таким образом, как это предлагается в данном законопроекте, то для перевода всех пригодных для лесного хозяйства заброшенных сельхозземель в земли лесного фонда потребуется несколько столетий, и стоить это будет несколько миллиардов рублей ежегодно.

Эксперты считают, что правовое регулирование выращивания лесов на таких землях необходимо сделать максимально дебюрократизированным. Если система будет продумана, и будут созданы инструменты мотивации, то при некоторой государственной поддержке на начальных этапах на заброшенных и сейчас пустующих сельхозземлях в перспективе можно будет выращивать до трехсот миллионов кубометров древесины в год и поддерживать за счёт одного только лесного хозяйства до ста тысяч постоянных рабочих мест.

Как считает руководитель лесного отдела Гринпис России Алексей Ярошенко, «есть земля неудобная для ведения сельского хозяйства, зарастающая лесом. Лес требует меньше сил – собственник мог бы вести минимальный уход, а потом пользоваться участком для заготовки дров, стройматериалов или в коммерческих целях». А предложенный Минприроды вариант, по мнению эколога не только «убьет» мотивацию к сохранению леса на сельхозземлях, но и будет стимулировать фермеров от него избавляться.

Как считают представители природоохранных организаций, целесообразнее было бы внести изменения в статью Земельного кодекса РФ (которая сейчас запрещает вести лесное хозяйство на землях сельхозназначения), а также утвердить специальный правительственный правовой акт, определяющий особенности обращения с этими лесами.

Что предлагают природоохранные организации: лучшие сельхозземли использовать для современного высокоэффективного сельского хозяйства, а те земли, которые для этого высокоэффективного сельского хозяйства не годятся, отдать под разные варианты лесного и смешанного хозяйства (плантационное лесоразведение, лесное фермерство, классическое лесное хозяйство, агролесоводство, а местами – и под восстановление утраченных ценных лесных экосистем). При этом землю ни у кого не отбирать, а дать возможность использовать её самым эффективным с точки зрения собственника образом, для сельского или лесного хозяйства, или для сочетания их в разных пропорциях.

«Речь идёт о десятках миллионов гектаров бывших сельхозземель, абсолютное большинство которых уже никогда не будет использоваться для производства сельхозпродукции в силу различных социально-экономических причин: низкой продуктивности, неблагоприятного климата, неудобных для работы современной техники площадей или рельефа, нехватки трудоспособного населения в сельских районах, – считает Алексей Ярошенко. – Без колоссальных государственных субсидий вернуть эти земли в сельскохозяйственный оборот невозможно. Но там можно выращивать лес, который менее требователен к климатическим условиям и богатству почвы и требует меньшего количества усилий. Этот лес может стать очень важным ресурсом для экономического развития неблагополучных сельских районов, дать множество постоянных рабочих мест – до ста тысяч при вовлечении большинства заброшенных сельхозземель в продуктивное лесное хозяйство. И это без учёта переработки древесины и изготовления различной деревянной продукции».

По мнению представителя Гринпис, необходимо поменять позицию Правительства РФ, Минэкономразвития и Минприроды, которые пока категорически противятся развитию лесного хозяйства на заброшенных сельхозземлях: «Будем над этим работать. От решения «вопроса по сельхозке» зависит будущее лесов и сельских территорий нашей страны».

Минприроды не хочет менять свое мнение: лесное хозяйство на выбывших из использования сельхозземлях можно вести только после того, как они будут переведены в земли лесного фонда. Тем временем петицию за право россиян выращивать лес подписали более 34 тысяч человек.

Нынешнее лесное законодательство – классический пример экстенсивного ведения хозяйства (а скорее – бесхозяйственности), которое ориентировано не на развитие лесного хозяйства, а на простое использование существующих лесов как природного месторождения древесины. Получается, государство, потратив колоссальные деньги и много времени, получит в собственность всего лишь десятки миллионов гектаров спонтанно зарастающих лесом пустошей. Это не принесёт ни рабочих мест, ни доходов, необходимых для развития сельских территорий, уверены эксперты.