News

Беларусь намеревается возвести новую АЭС, не успев разобраться с проблемами на уже существующей

Белорусская АЭС
Белорусская АЭС
Белатом

Publish date: 17/02/2023

Written by: Татьяна Иванова

Простои, инциденты и отставание: проблемы ядерной программы Беларуси.

Второй энергоблок Белорусской АЭС, первого зарубежного проекта «Росатома» АЭС-2006, призванного стать одной из немногочисленных «витрин» госкорпорации, еще не введен в строй, работы на нем идут с существенным отставанием от графика. Первый энергоблок станции работает неустойчиво – он простаивал почти половину времени с момента торжественного открытия в ноябре 2020 года. В то же время Минэнерго Беларуси и лично Александр Лукашенко заявляют о намерении строить вторую АЭС в реалиях западных санкций и поддержки белорусским режимом агрессии РФ против Украины.

Как текущая политико-экономическая ситуация влияет на белорусскую атомную программу и какие риски несет для БелАЭС?

Энергетический пуск второго энергоблока БелАЭС запланирован, но не гарантирован

11 февраля премьер-министр Беларуси Роман Головченко заявил о том, что первое подключение в сеть второго энергоблока БелАЭС «с выходом на этап энергетического пуска» состоится в марте 2023 года. Последнее, по оценкам замминистра энергетики Беларуси Михаила Михадюка, ожидается во втором полугодии 2023 года.

Между пробным подключением в сеть и сдачей в эксплуатацию, по словам Михадюка, предполагается «большой объем физических, электрических и других испытаний на различных режимах работы блока с поэтапным наращиванием его мощности». Как утверждает замминистра, этот процесс займет «не менее полугода». Иными словами, сдача в эксплуатацию этого блока в лучшем случае произойдет не ранее сентября 2023 года.

Таким образом, ввод в строй второго энергоблока идет с отставанием почти в календарный год, если отталкиваться от планов, озвученных в прошлом году. Так, генеральный директор Госкорпорации «Росатом» Алексей Лихачев 26 апреля, в день физического пуска реактора второго энергоблока, совпавшего с годовщиной Чернобыльской катастрофы, заявил о намерении сдать этот блок в промышленную эксплуатацию к концу года. Если же ориентироваться на статью 1 межправительственного соглашения о строительстве БелАЭС от 2011 года, предписывающую ввод в эксплуатацию второго энергоблока в 2018 году, то отставание составит около пяти лет.

Но даже обновленные планы не выглядят реалистичными с оглядкой на готовность энергоблока к началу февраля 2023. Так, по словам Михаила Михадюка, строительно-монтажные работы на нем «почти завершены», то есть, еще не закончены. Пусконаладочные работы основного оборудования «идут», и, очевидно , далеки от завершения, ведь впереди еще долгий этап испытаний на реакторной установке, предшествующий выводу на проектную мощность.

Таким образом, более вероятно, что второй энергоблок будет введен в строй не ранее конца 2023 – начала 2024 года, особенно учитывая текущую политико-экономическую ситуацию.

«Плановые» простои первого энергоблока БелАЭС

В условиях экономической, в частности энергетической изоляции Беларуси от западного рынка и поставщиков, функционирование ее атомной электростанции сталкивается с серьезными проблемами.

По словам Головченко, в 2022 году первый энергоблок БелАЭС выработал всего 4,69 млрд кВт⋅ч., за все время его функционирования выработано 11,7 млрд кВт⋅ч. В то время как проектная годовая выработка двух энергоблоков составляет 17,74 млрд кВт⋅ч., одного – 8,87 млрд кВт⋅ч.

По подсчетам независимых журналистов, первый энергоблок БелАЭС простаивал около половины всего времени с момента подключения к сети. Причины такого положения вещей кроются не только в западных санкциях и войне, но и в многочисленных отступлениях от стандартов. Так, строительство, в частности работы нулевого цикла по закладке фундамента под реакторное здание, начали примерно за год до появления архитектурного проекта станции.

Физический пуск первого реактора БелАЭС приурочили к президентским выборам и провели за десять месяцев до выдачи лицензии на эксплуатацию, изменив для этого национальное законодательство. Политическое форсирование сдачи в эксплуатацию первого энергоблока привело к тому, что после его торжественного открытия 7 ноября 2020 года он проработал всего три дня и остановился на ремонт из-за выхода из строя трансформаторов напряжения.

По информации из разных источников и свидетельствам работников станции, реактор могли запустить с неработоспособной пассивной системой аварийного охлаждения, поскольку в результате одного из многочисленных происшествий была повреждена одна из емкостей системы резервного охлаждения. Следствием этих и других происшествий и факторов стали длительные отключения энергоблока для «планового ремонта».

Простои первого энергоблока БелАЭС могут быть связаны и с тем, что его не удается встроить в энергетическую сеть. А именно, с недостатком мощностей холодного и горячего резерва. Судя по сообщениям правительственных источников, к моменту сдачи в эксплуатацию первого энергоблока резервные мощности были далеки от готовности в необходимом объеме.

Так, сообщается, что первую газовую турбину ТЭЦ-5 из необходимых шести для пиково-резервных мощностей БелАЭС должны были доставить в июне 2021 года. Березовская и Лукомльская ГРЭС после модернизации также должны были уйти в резерв БелАЭС.

Однако этим планам не суждено было сбыться в условиях западных санкций, введенных в отношении Беларуси после того, как страна была признана соучастницей российского вторжения в Украину. Так, немецкая компания Siemens, чьи технологии, в частности турбины и программное обеспечение, предназначались для пиково-резервных белорусских ГРЭС, заявила о прекращении сотрудничества с Россией и Беларусью.

Однако еще до начала военных действий против Украины энергия БелАЭС была фактически блокирована на европейском рынке. Этим Беларусь обязана как неудачному выбору Островецкой площадки, расположенной в пятидесяти километрах от литовской столицы Вильнюса и двадцати – от границы с Евросоюзом, так и небезопасному проекту и строительству с нарушением технических норм и международных конвенций.

Последнее привело к тому, что в 2021 году Европарламент в своей резолюции по БелАЭС признал ее небезопасной. После подключения в сеть первого энергоблока станции Литва аннулировала лицензию на импорт белорусской электроэнергии. В 2017 году литовский сейм признал БелАЭС небезопасной, а в 2019-м году принял закон, не допускающий доступ электроэнергии от небезопасных АЭС на национальный рынок.

На эти решения повлияли и стресс-тесты БелАЭС, которые Беларусь провела с запозданием только в 2016-2018 гг. Они скорее еще более остро выявили проблемы соответствия российского проекта АЭС-2006 европейским стандартам безопасности.

Стоит отметить, что именно особенности этого проекта, например, недостатки проектирования глубокоэшелонированной защиты, а также отсутствие необходимой технической документации привели к фактической заморозке лицензирования строительства российской АЭС «Ханхикиви-1» по проекту АЭС-2006 в Финляндии. С началом российской агрессии против Украины и захвата двух украинских АЭС, Финляндия в одностороннем порядке отказалась от услуг «Росатома».

Событием, цементирующим международную изоляцию БелАЭС, стал демонстративный выход Беларуси из Орхусской конвенции ЕЭК ООН 18 июля прошлого года. Причиной этого во много явилась ситуация вокруг БелАЭС, нарушения при строительстве которой легли в основу ряда дел в органах этой конвенции. Соблюдение обязательств по этой конвенции показывает, насколько открытыми и демократичными являются принятие решений и реализация проектов, влияющих на окружающую среду, что отражается на международной репутации и страны.

Безопасность: старые проблемы, новые вызовы

Упомянутый выше опыт ввода в строй первого энергоблока показывает, что и российский подрядчик, и белорусский заказчик допускают ведение строительных, ремонтных и наладочных работ на блоке после физического и даже энергетического пуска реакторной установки. Это создает дополнительные угрозы безопасности, ведь эти работы сопряжены с радиационными рисками, поскольку как топливо, так и корпус реактора уже облучены.

Еще до момента пуска реактора первого энергоблока на его строительстве происходили происшествия с основным оборудованием. Так, летом 2016 года корпус реактора при попытке монтажа уронили с высоты, и под давлением общественности он был заменен. Корпус, прибывший ему на замену, при транспортировке ударили о железнодорожный столб, предположительно, патрубком САОЗ. Несмотря на это, он был установлен.

Различные источники, в том числе со ссылкой на работников станции упоминали о неоднократных проблемах с системой охлаждения первого реактора, в том числе после его энергетического пуска. Летом 2022 года независимые белорусские медиа сообщили о возможном инциденте на станции, который мог привести к облучению персонала. Минэнерго назвало эту информацию «фейковой».

Эти и другие особенности процесса строительства не позволяют утверждать, что как на первом, так и на втором энергоблоке отсутствуют нерешенные проблемы и серьезные уязвимости безопасности.

Такое положение дел вызывает пристальное международное внимание в условиях войны России против Украины и событий с обстрелами и захватами Чернобыльской и Запорожской АЭС. В наиболее напряженные моменты, связанные с захватом российской армией и сотрудниками «Росатома» Запорожской АЭС, Американский институт изучения войны (ISW) предупреждал о возможных провокациях на БелАЭС со стороны России.

Драматизма ситуации добавляет политический кризис 2020 года и последовавшие репрессии, после которых ситуация на станции стала еще более закрытой и еще менее прозрачной для независимых экспертов и наблюдателей.

Белорусская атомная программа: свернуть нельзя расширить

С начала этого года белорусские чиновники неоднократно заявляли о планах строительства второй АЭС в Беларуси. Риторика замминистра энергетики показывает, что и здесь главным мотивом является политический заказ. Так, Михаил Михадюк отмечает, что работу над технико-экономическим обоснованием второй атомной электростанции в Беларуси приходится выполнить в условиях имеющегося энергопрофицита и невостребованности электроэнергии первого энергоблока БелАЭС.

«Первый этап работы – прогноз потребления электроэнергии в стране на перспективу. Второй момент – насколько это будет вписываться в работу энергосистемы,заявил Михадюк. – Для этого Беларусь должна выйти на определенный уровень потребления электроэнергии. Сейчас мы все изучаем, работаем с Минэкономики и НАН Беларуси для того, чтобы в ближайшее время разработать технико-экономическое обоснование, чтобы принять окончательное решение».

Такие высказывания, как и опыт строительства первых двух блоков БелАЭС не оставляют сомнений в том, что белорусская атомная программа будет выполняться и, возможно, расширяться без особой оглядки на экономическую целесообразность, нормы безопасности и экологические риски, но исключительно под давлением политических интересов нынешнего руководства Беларуси.

 

Татьяна Иванова специально для Bellona.ru

More News

All news