![Флаг МАГАТЭ. Фото: iaea.org](https://network.bellona.org/content/uploads/sites/4/2024/09/IAEA-flag.jpg)
МАГАТЭ обеспокоено приближением линии фронта к Курской АЭС
Об этом заявил глава МАГАТЭ Рафаэль Гросси во время своего визита на станцию после захвата части Курской области войсками Украины
News
Publish date: 22/04/2008
Written by: Вера Пономарева
News
В 1957 году в результате аварии на ядерном комбинате «Маяк» в атмосферу было выброшено около 20 млн. кюри радиации. В зоне радиационного загрязнения оказалась территория площадью 23 тысячи кв. км, пострадали несколько сотен тысяч человек. Закон о социальных гарантиях этим людям появился только в 1998 году. Сейчас оставшиеся в живых «маяковцы» получают компенсации от государства: 287 рублей в месяц на питание и 143 – на оздоровление. Даже для того чтобы получить даже эти мизерные суммы, многим пострадавшим приходится обращаться в суд и участвовать в многолетних тяжбах.
На прошлой неделе вопрос о выплатах «маяковцам» впервые был поднят на государственном уровне. На встрече с президентом 8 апреля министр здравоохранения Татьяна Голикова сообщила о подготовке соответствующего законопроекта. По словам Голиковой, новый закон «не повлечет за собой существенные финансовые средства».
Владимир Путин назвал существующее положение «очевидной социальной несправедливостью» и распорядился ускорить работу по ее устранению.
«Несправедливость, действительно, есть, и создание нового закона было бы правильным шагом, по крайней мере, в теории. Однако у нас мало надежд на то, что проблема будет решена хотя бы в какой-то степени, – заявил в интервью «Беллоне.Ру» сопредседатель группы «Экозащита!» Владимир Сливяк. – Реализация закона в любом случае будет зависеть от местных властей, а это, считай – ПО "Маяк". Я думаю, перепадет опять сотрудникам атомной промышленности, а положение других пострадавших, которые живут на загрязненных территориях и на комбинате никогда не работали, к сожалению, вряд ли изменится».
Отдельный закон – о каждой аварии
Сама задача законопроекта, сформулированная Голиковой в разговоре с президентом, вызывает недоумение правозащитников. По словам Голиковой, необходимо уравнять в правах чернобыльцев и маяковцев. «Дело в том, что на сегодняшний день эти категории граждан – их небольшое количество – имеют при одинаковой степени радиационного поражения уровень льгот ниже, чем граждане, которые подверглись воздействию аварии на Чернобыльской АЭС».
«Заявлять о том, что закон уравняет в правах чернобыльцев и "маяковцев" – значит проявлять полное незнание законодательства на эту тему, – сказала корреспонденту «Беллоны.Ру» Надежда Кутепова, председатель организации «Планета Надежд» в закрытом городе Озерск Челябинской области, где расположено предприятие. – Закон о пострадавших на «Маяке» (ФЗ 175), существующий с 1998 года, является отсылочным – он обращается к нормам "чернобыльского" закона, в котором описаны конкретные меры государственной поддержки людей. По сути, два документа почти полностью совпадают».
Тем не менее, по мнению Кутеповой, самостоятельный закон о «Маяке» действительно необходим, для того чтобы конкретизировать существующие нормы, и тем самым защитить их от вольной трактовки, которая допускается при правоприменении. «Кроме того, есть случаи, когда человек подвергся воздействию двух аварий сразу [В Чернобыле и на "Маяке"] , но он все равно имеет право только на одну и ту же льготу. Поэтому лучше, чтобы для пострадавших на «Маяке» был разработан отдельный закон», – комментирует Кутепова в интервью «Беллоне.Ру».
«Чернобыльский закон охватывает жертв всех ядерных аварий, которые произошли на территории России, и это идеологически неправильно. Необходимо, чтобы государство на законодательном уровне признало, что кроме Чернобыля были другие катастрофы», – говорит юрист «Беллоны» Ольга Кривонос.
История законопроекта
Законопроект, продвигаемый правительством, разработан три года назад депутатами Законодательного собрания Челябинской области.
Проект трижды отправлялся в Госдуму, однако так и не был принят к рассмотрению. Последний раз его вернули с отрицательным заключением, в связи с тем что на его выполнение потребуется 80 млн рублей, а разработчики не указали источники финансирования. Теперь законопроектом занялось правительство. Для доработки документа создана рабочая группа, в которую вошли представители Минздравсоцразвития, МЧС, Минобороны, Минрегиона, Минфина, Росатома, Роспотребнадзора, ФМБА, Роструда, Росгидромета, РАМН и администрации Челябинской области.
Первое заседание рабочей группы назначено на 17 апреля, а что окончательный текст должен быть готов 1 ноября.
Проблемы остаются
По мнению Сливяка, новый законопроект – это «часть пиар-кампании, которая затеяна для Запада, чтобы показать, что в России атомная промышленность стала социально ответственной и с ней можно сотрудничать». «Без зарубежных контрактов масштабные планы по строительству АЭС в России – не более чем розовые мечты, поэтому для Росатома сейчас жизненно важно выглядеть красиво», – говорит Сливяк.
Правозащитники, знакомые с предварительным текстом законопроекта, уже назвали инициативу «псевдоусилиями»: законопроект полностью сохраняет все недостатки существующего законодательства: в нем не учтены многие категории пострадавших. Для того, чтобы отстоять право на выплаты, гражданам снова придется идти в суд.
Согласно справке, предоставленной «Беллоне.Ру» пресс-службой министерства здравоохранения, в проект нового закона будут включены три «дополнительные» нормы: индексация размеров двух ежемесячных денежных выплат, выплата возмещения вреда нетрудоспособным членам семей, предоставление мер социальной поддержки детям первого и второго поколения, страдающим заболеваниями вследствие аварии на ПО «Маяк».
По мнению Кутеповой, дополнения «выглядят красиво, но реально работать не будут». Такие выводы напрашиваются после ознакомления с судебной практикой.
В октябре в Челябинской области прошло два судебных процесса: потомки ликвидаторов пытались отстоять свое право на льготы. Нынешний закон о социальной защите граждан, пострадавших от выбросов «Маяка», гарантирует поддержку детям первого и второго поколения, «страдающим заболеваниями вследствие воздействия радиации на их родителей». Одако суд отказал заявителям, посчитав, что в соответствии с Гражданским кодексом детьми считаются граждане до 18 лет, а выросшим потомкам ликвидаторов льгот не полагается. В Челябинской области отказы по подобным делам уже прочно вошли в судебную практику.
Новый законопроект сохраняет без изменений формулировку со словом «дети». Это значит, что после 18 лет потомки ликвидаторов так и останутся без господдержки. И – как справедливо заметила госпожа Голикова – существенных финансовых средств для воплощения законопроекта, действительно, не потребуется. Тем более, если учесть, что авария на «Маяке» произошла в 1957 году, и вряд ли сейчас найдется много несовершеннолетних детей пострадавших.
«Когда в живых останется 10 ликвидаторов, им, наверное, дадут по коттеджу», – возмущается Кутепова.
То же касается вдов ликвидаторов, многие из которых до сих пор не могут добиться положенных льгот, так как их мужья умерли до принятия закона о жертвах «Маяка» и не оформили специального удостоверения ликвидатора. Новый законопроект ничего не меняет для этих людей, а обращаться в суд многие из них не в состоянии по причине возраста.
В законопроект по-прежнему не включена категория внутриутробных ликвидаторов, матери которых будучи беременными были направлены устранять последствия ядерной аварии на «Маяке». При создании закона 1998 года ПО «Маяк» скрыл от законодателя факт участия беременных в ликвидации. Впервые об этом стало известно в 2006 году, когда в суд с требованием признать свою дочь пострадавшей обратилась жительница Челябинской области София Зубарева. Районный и областной суд отказали ей в этом требовании, сейчас вопрос находится на рассмотрении Конституционного суда. Сама София Зубарева и ее дочь умерли, так и не дождавшись окончания судебного разбирательства. По подсчетам правозащитников, беременных женщин среди ликвидаторов было около 2000.
Не вошли в законопроект и переселенцы, покинувшие загрязненные территории после 1950-х годов. Это ограничение касается, прежде всего, жителей сел Муслюмово, Татарская Караболка, Мускаево и других. Эти населенные пункты по непонятной причине не были эвакуированы после аварии 1957 года, до сих пор в зараженной зоне живут около 7 тысяч человек. Уровень раковых заболеваний среди жителей превышает средний в 3–4 раза. По данным Роспотребнадзора, водопроводная вода в Муслюмово содержит альфа-излучение, превышающее норматив в 2–3 раза.
Экологи и правозащитники заявляют, что в зараженных селах проходит масштабный медицинский эксперимент по изучению влияния малых доз радиации на здоровье жителей. Именно для этих целей чиновники всячески стремятся сохранить поселения, считают экологи. А государственные выплаты (хотя бы и мизерные) служат еще одним аргументом, чтобы удержать людей в радиоактивной местности. Очередное «переселение» с загрязненных территорий, инициированное Росатомом в конце 2006 года, обернулось скандалом: по заявлению жителей Муслюмова, их вынуждают переселяться в новое село, расположенное всего в двух километрах, на другом берегу Течи. Недавно глава районной администрации публично объявил о многократном превышении санитарных норм по содержанию радона на территории вновь строящегося поселка. На сходе 20 апреля муслюмовцы приняли решение об отказе от такого переселения.
Еще одна несправедливость, сохраненная в проекте нового закона – необходимость выбора льгот по одному основанию, даже если человек пострадал от нескольких аварий. «Это неприемлемо с позиции Гражданского кодекса, – считает Кутепова. – С какой стати? Если у гражданина несколько производственных травм, ему обязаны компенсировать ущерб за каждый случай».
«Маяк» – не ответчик
Все компенсации «маяковцам» выплачиваются из государственного бюджета. Добиться возмещения вреда от непосредственного виновника – ПО «Маяк» – тоже, оказывается, непросто. В 2001 году Денису Нажмутдинову из Челябинской области удалось через суд получить от «Маяка» 50 тысяч рублей – компенсацию морального вреда. Сын внутриутробного ликвидатора, Денис родился с тяжелой костной патологией – без ножки и пальчиков рук. Для того, чтобы доказать связь болезни с радиацией, потребовалась очень серьезная генетическая экспертиза со стороны отца, со стороны матери, дедушек и бабушек, у которых была взята кровь на анализы.
Второе аналогичное дело закончилось неудачей: суд отказался признать «Маяк» надлежащим ответчиком в деле Тимура Исламетдинова, чье тяжелейшее заболевание крови связано с радиационным облучением. Ответчиком было признано государство, которое должно ежемесячно возмещать причиненный здоровью Тимура вред в размере 442 рублей.
«"Маяк" никогда не интересовался положением этих людей», – уверен Сливяк
В США и Европе ущерб от ядерных аварий возмещает предприятие-виновник происшествия. В 1963 в Вене была принята международная конвенция о гражданской ответственности за ядерный ущерб, устанавливающая минимальный размер страхового фонда для атомных предприятий – 5 млн долларов США. Конвенция вступила в силу для России 13 августа 2005 года. Тем не менее, механизмы для исполнения конвенции до сих пор не разработаны. Проект соответствующего закона, внесенный в Госдуму в 1996 году, все еще лежит под сукном.
Частичная индексация
Мизерный размер выплат пострадавшим от радиационных аварий объясняется в том числе тем, что при создании законов законодатели «забыли» об индексации льгот. Первыми о несправедливости этой ситуации заявили чернобыльцы, обратившись с запросом в Конституционный суд, который постановил, что пособия должны быть индексированы, а льготники имеют право получить компенсацию – перерасчет за предыдущие годы. Тысячи инвалидов–чернобыльцев по всей России стали обращаться в суд, а в 2007 волна исков докатилась до Челябинской области.
«Первой реакцией в районных судах было замешательство. Потом поступил сигнал, что деньги надо присуждать», – рассказывает Кутепова. Сумма задолженности государства перед каждым ликвидатором составляла около 65 тысяч на человека, и первые 500 истцов получили эту сумму без проблем. Остальным повезло меньше.
«Видимо, в правительстве посчитали, что в Челябинской области 20 тысяч ликвидаторов, умножить на 65 тысяч рублей… В итоге областной суд собрал всех районных судей и рекомендовал отказывать всем в компенсации», – рассказывает Кутепова. Только в Озерске около тысячи человек получили отрицательное решение суда – несмотря а то, что обстоятельства их дел были абсолютно идентичными. «Сложилась невообразимая ситуация, – рассказывает Кутепова. – Ликвидаторы, выигравшие в суде, получают 1381 рубль в месяц, а пособие остальных составляет 359 рублей. Это нарушение 19–й статьи Конституции, которая гласит, что все равны перед законом и судом».
Большинство проигравших ликвидаторов обжалуют судебные решения в областном суде. В случае отказа, у них будет возможность обратиться в Европейский суд по правам человека. «Если будет большое количество жалоб, Европейский суд будет вынужден обратить а это внимание России через Парламентскую ассамблею Совета Европы, не дожидаясь рассмотрения по существу», – комментирует Кутепова.
Пока неизвестно, какие суммы выплат и индексация будут установлены в новом законе, однако очевидно, что сложившееся неравенство устранить довольно сложно. И вряд ли это может «не повлечь за собой существенные финасовые средства».
Об этом заявил глава МАГАТЭ Рафаэль Гросси во время своего визита на станцию после захвата части Курской области войсками Украины
Обзор событий в области ядерной и радиационной безопасности, имеющих отношение к России и Украине.
Обзор событий, влияющих на окружающую среду в российской Арктике – в первую очередь факторов, вызывающих риски загрязнения и влияющих на процесс изменения климата
Какие могут быть риски и потенциальные мотивы захвата станции