Они пришли ночью

Экологический лагерь протеста против развертывания в Ангарске Центра по переработке ядерного топлива начал работать 15 июля 2007 года. Его разбили активисты из движений «Хранители Радуги», «Автономное действие», ангарские «зеленые». 

Защитники природы считают, что показатели детской заболеваемости по аллергиям и онкологии в Ангарске чрезвычайно велики. Что строительство на базе Ангарского электролизно-химического комбината международного Центра по обогащению урана их, мягко говоря, не уменьшит. Кроме того, транспортировка через всю страну радиоактивных грузов создаст угрозу возникновения нового, на этот раз железнодорожного, Чернобыля.

В результате обогащения урана на территории АЭХК возникнут огромные запасы обедненного гексафторида урана – вещества, представляющего как радиационную, так и химическую опасность. Представители Росатома утверждают, что это ценное сырье. Хотя в большинстве стран, развивающих ядерную энергетику, данное вещество относят к классу радиоактивных отходов. 

К месту проведения акции памяти было подогнано два автобуса с ОМОНом. К счастью, силовики решили не бряцать оружием – было бы просто стыдно применять такие силы против полутора десятка молодых парней. Сотрудники же милиции ограничились типовыми вопросами: «Сколько вы будете стоять!» и «сколько вам заплатили?» Как говорится, что у кого болит… 

Сотрудники атомного ведомства вообще отделались молчанием. Пресс-служба, в которую звонили участники акции, их адресовали в комитет по связям с общественностью, комитет – в пресс-службу. Словом, к участникам акции так никто и не вышел. 

Тем самым, ответ на вопрос о том, как высокие чиновники относятся к убийству эколога, был дан. И не столько небольшим бюрократическим футболом, сколько всем ходом процесса над ангарскими убийцами. Причем, дан в предельно категоричной форме, не допускающей двойного толкования.