News

Bellona: российский Год Экологии оказался не таким уж провальным

Syuqor7

Publish date: 01/03/2018

Written by: Чарльз Диггес

Translated by: Анна Киреева

Всероссийский Год Экологии закончился 31 декабря 2017 года. Его миссия – привлечение внимания к экологическим вопросам и улучшение состояния экологической безопасности страны. По мнению ряда российских экспертов, год прошел не так плохо, как они изначально предполагали.

Конечно, не обошлось без помпезных речей, подписания всевозможных протоколов, марша политиков всех мастей, резко озаботившихся всеми экологическими проблемами сразу, по телевизионным каналам, а также посвящения каждого «чиха» экологической тематике.

Тем не менее, в 2017 было выполнено несколько небольших, но важных проектов, которые не позволили Году Экологии стать провальным.

Конечно, полного краха избежать совсем несложно. Однако в атмосфере, когда государством сделано практически все для уничтожения небольших некоммерческих природоохранных организаций, пытавшихся помочь улучшению экологической обстановки, даже реализация некрупных проектов стоит того, чтобы это отпраздновать.

Эти проекты не попали в федеральный план Года Экологии. Они не стали частью амбициозных планов Кремля по управлению отходами, сохранению биоразнообразия или, например, формированию комитетов по созданию комиссий по изучению этих вопросов – все масштабно, все в духе лучших советских традиций. В любом случае, ничего из этого так и не было выполнено.

Осуществление проектов, о которых пойдет речь, состоялось без пристального внимания федерального Правительства. Большую роль в их выполнении сыграла поддержка регионального правительства, министерств и ведомств, заинтересованных бизнес-структур и экологических организаций, в том числе международного объединения Bellona.

Представляем вам небольшой список проектов, реализации которых в России в прошлом году способствовала Bellona, которая отнеслась в Году Экологии в России более серьезно, чем сам Кремль.

andreyeva-bay-bottles Раньше ОЯТ в губе Андреева хранились в так называемых «бутылках» Credit: Fylkesmannen i Finnmark

Губа Андреева

Этот небольшой, мало кому известный уголок российской Арктики в 1961 году стал площадкой для хранения отработавшего ядерного топлива (ОЯТ) с атомных подводных лодок СССР. За более чем четверть века советский военно-морской флот накопил на площадке около 22 000 сборок ОЯТ.

ОЯТ свозилось и помещалось на хранение в «мокрые» бассейны Здания №5 без особых раздумий о том, каким образом нужно будет устранять утечки радиации, если они возникнут. А они возникли. В 1982 году хранилище отработавшего ядерного топлива в губе Андреева, теперь известное как Здание №5, «потекло»: радиоактивные вещества в значительных количествах попадали в ручей, который впадает в губу Андреева, и представляли определенные риски загрязнения морской акватории, тем более что это всё находилось всего в 50 км от норвежской границы.

Сотрудники губы Андреева поспешили переместить ОЯТ из протекающего Здания №5 в три бака сухого хранения, наспех подготовленные для этих целей. Затем данная временная мера, принятая «для галочки», стала постоянной. Часть отработавшего топлива хранилась в транспортных контейнерах прямо на открытом воздухе. Ряд экспертов опасались, что хранение ОЯТ в таких неблагоприятных условиях может привести к неконтролируемой цепной реакции.

Nils&Nikitin_Andreeva Нильс Бемер и Александр Никитин. Credit: Анна Киреева

Сложившееся положение дел продолжалось бы неизвестное количество времени, если бы норвежская Bellona не привлекла международное внимание к ситуации благодаря своему докладу «Северный Флот. Потенциальный риск радиоактивного загрязнения региона», который был опубликован в 1996 году. Москве крайне не понравилось столько пристальное внимание к проблеме, что привело к пятилетнему сражению норвежской организации за соавтора доклада Александра Никитина в деле о государственной измене. Никитин был окончательно оправдан в 2000 году.

Тем не менее, Bellona невозмутимо продолжила заниматься проблемой и способствовала привлечению немалых финансовых средств от Норвегии и дюжины других стран для ее решения. Это привело к тому, что в 2017 году первая партия ОЯТ, состоящая из девяти транспортно-упаковочных контейнеров (ТУК) (в каждом ТУК – по семь чехлов, в каждом чехле содержится семь сборок) была отправлена с бывшей военной береговой базы. Понадобилось всего каких-то 27 лет, однако Bellona участвовала в этом проекте каждый из этих 27-ми лет.

Кольская ГМК

«Норильский никель» – один из крупнейших российских промышленных гигантов. Со времен Второй Мировой Войны он добывает и выплавляет никель на Кольском полуострове на своем дочернем предприятии «Кольская ГМК». Трубы этого древнего производства продолжают выпускать диоксид серы, как в сторону российского севера, так и в сторону соседних скандинавских стран в таком количестве, что официальные лица всячески уклоняются от точных цифр.

nikel2 Производство никеля у российко-норвежской границы Credit: Анна Киреева

Иногда это приводит к интересным столкновениям. Например, в 2013 году бывшая мэр приграничного с Россией норвежского города Киркенес пригрозила подать в суд на компанию. Спустя несколько лет, уже нынешний мэр города призвал внести главного акционера «Норильского никеля» Владимира Потанина в санкционный список и закрыть ему доступ в Европу к его виллам и яхтам, пока компания не перестанет загрязнять территорию соседнего государства.

С российской стороны границы на это ответили двухдневным исследованием, проведенным карманной экологической организацией, по результатам которого было заявлено, что промышленный гигант чист, как слеза младенца, а в большинстве экологических проблем Мурманской области виновата именно Норвегия.

Но приграничный обвинительный баттл на тему «Кто кого загрязняет» в последние годы сменился игрой по повышенным ставкам.

Так, 2015 году Bellona опубликовала доклад о промышленном загрязнении российской части Баренц-региона, что явилось одной из причин признания ее мурманского офиса «иностранным агентом» и его юридического закрытия.

В 2016 году бывший глава регионального Росприроднадзора был осужден за получение взятки, в том числе, от «Кольской ГМК».

Казалось, что ничто не может заставить компанию стать более прозрачной и экологически ответственной. Тем более в ситуации, когда штраф за то, что она, например, загрязнила целую реку в Сибири, что поначалу компанией категорически отрицалось, составляет всего порядка 40 000 рублей.

Tesla-KGMK Bellona привезла электромобиль в одно из самых загрязненных мест Мурманской области – поселок Никель. Credit: Bellona

Однако несколько лет назад что-то стало меняться. Возможно, виной всему стали чистые энергетические технологии, мода на электромобили и экологически ответственный подход их производителей. В результате к поставщикам сырья для производства аккумуляторов стали предъявляться серьезные экологические требования. По различным прогнозам, довольно скоро именно эти сферы станут главными потребителями никеля, кобальта и других металлов, – и компания просто не могла не отреагировать на изменение рынка.

Президент Bellona Фредерик Хауге (Frederic Hauge) говорил об этом «Норильскому никелю» еще в далеком 2014 году, когда впервые приехал в Мурманск из Киркенеса на электромобиле Tesla: «Производите свой металл так, чтобы такие компании, как Tesla, покупали бы его у вас».

Неожиданно в начале 2017 года Потанин сообщил, что до 2023 года компания инвестирует в модернизацию порядка 1 триллиона рублей, из которых 250 миллиардов пойдут на мероприятия экологической направленности. Он пообещал снизить выбросы на промплощадках в Норильске на 75% к 2023 году от уровня 2015 года и на 90% на промплощадках Мурманской области.

Оказалось, что по итогам 2016 года «Норильский никель» и впрямь добился серьезного снижения выбросов. Так, согласно данным компании, выбросы диоксида серы на площадках Кольской ГМК составили 119, 7 тысяч тонн, что на 35 000 тонн меньше, чем в 2015 году

Компания до сих пор держит в секрете от широкой общественности конкретные мероприятия и планы, которые приведут к столь серьезному снижению выбросов в Мурманской области в дальнейшем. Тем не менее, в октябре 2017 года промышленники приподняли завесу таинственности, впервые разрешив «Беллоне» принять участие в своей ежегодной экологической конференции в Красноярске.

Многое еще предстоит выяснить, но возможно, что все началось с первого камушка, закинутого одним норвежцем, обожающим электромобили, который в результате приведет к целой лавине положительных изменений.

Электромобильность от Норвегии до Мурманска

В 2014 году для того, чтобы зарядить электромобиль Tesla, на котором в Мурманск приехали норвежские сотрудники Bellona, отелю «Park Inn by Radisson Полярные Зори» пришлось специально протянуть кабель и установить розетку на 380 В.

В прошлом году ситуация изменилась – Bellona установила на парковке отеля зарядную станцию, где одновременно два автомобиля могут заряжать свои аккумуляторы совершенно бесплатно. Зарядкой уже успели воспользоваться иностранные экотуристы, приехавшие в столицу Заполярья на электрокаре.

chargerNils2 Первая зарядная станция для электрокаров в Мурманске. Credit: Lev Fedoseev

Конечно, сейчас эта станция зарядки не очень востребована, однако в 1987 году, когда Хауге ездил по Норвегии на самом первом в стране электрокаре – крошечной треугольной коробке, привезенной из Швеции, он понял, что инфраструктура – это самое важное, что нужно для развития экологически чистого транспорта. Всего 30 лет спустя 50% всех продаваемых в стране автомобилей стали либо электрическими, либо гибридными. Более того, уже в 2025 году Норвегия планирует запретить продажи автомобилей с двигателем внутреннего сгорания.

Возможно, начинать надо с малого. И пусть в прошлом году в России было продано чуть более 1000 автомобилей, их владельцы требуют соблюдения своих прав. В декабре 2017 года, под завершение Года Экологии, группа владельцев электрокаров во Владивостоке устроила акцию, требуя установки зарядной инфраструктуры в своем городе.

Это право им гарантировано хотя бы специальным Постановлением Правительства 2015 года, обязывающим все заправочные станции страны установить оборудование для зарядки электромобилей.

Данное постановление игнорируется почти всеми, а жаль – появление зарядной инфраструктуры стало бы толчком к популяризации стремительно дешевеющих электрокаров, что привело бы к улучшению ситуации с загазованностью городов.

С другой стороны, России только предстоит пройти свой путь электромобильности. Сейчас страна находится практически в той отправной точке, в которой соседняя Норвегия – сегодняшняя электромобильная столица мира – была 30 лет назад.

More News

All news